Новости фондов

Из множества творений Делакруа все картины небольших размеров - подарки. В 1869 году маркиз де ла Каз решил пересмотреть свою обширную коллекцию живописи, освободив ее от работ тех художников, которые, на его взгляд, больше не отвечали моде. В Лувр в результате было отправлено около 600 картин, примерно половину которых музей оставил у себя, а половину разослал по провинциальным галереям. И вот сейчас, стоя перед полотнами Фрагонара, Ватто, Луки Джордано, Ривьеры, невольно думаешь: вот были времена, вот были коллекционеры!

Далее выставлены «государственные дары». Некоторые из них, например, статуя Аменхотепа IV, подаренная Египтом в 1972 году, представляют собой приношения дружественных правительств президенту Франции. В других случаях речь идет о подарках, переданных послам Франции в разных странах мира,- таков, например, известный «бюст Александра» из  Виллы Пизани под Тиволи.

Выставку завершает секция, посвященная «друзьям Лувра», чьи старания увенчались, в частности, приобретением картины Латура в прошлом году. Перипетии «Святого Фомы» стоят того, чтобы кратко рассказать о них. Некая пожилая дама, которой принадлежала картина, оставила ее Мальтийскому ордену, который, однако, собирался отделаться от этого полотна. Произведение знаменитого французского живописца почти наверняка уплыло бы в Соединенные Штаты. Ни у правительства Франции, ни у музея не было достаточно средств, чтобы приобрести картину по рыночным ценам. И все же в конце концов верх взяла национальная гордость. По общенациональной подписке было собрано 32 миллиона франков, и картина вернулась во Францию. «С 20-х годов,- рассказывает Фредерик Лакай,- в стране не проводилось подобных публичных кампаний». Последней был сбор средств на приобретение картины Курбе: в ней принимало участие, конечно же, больше народу, чем когда в 1890 году кучка энтузиастов - их было всего 80 - скинулась, чтобы не дать Парижу потерять такую драгоценность, как «Олимпия» Эдуара Мане. И пускай эти 2700 «доноров» далеко не всегда титулованные особы, а большая их часть - вообще никому не известна, именно они позволили Лувру стать таким, каким он сегодня предстает перед нами.